Мистическая чушь или ... Гибкое толкование Знаки, стихии и кресты
 
 

Установилось ночное небо

Установилось ночное небо. Зажглись огни Королевского Лидо. Супер сиял своими окнами. В той стороне, где Ливерпуль, поднималось темное зарево. Всюду двигалась своим чередом чужая жизнь, оставляя нас с краю. Мы собрались в кафе Королевского Лидо есть грибы. Это сделалось у нас правилом, чтобы сохранить, как обычно бывает за рубежом, защитный кокон родного обихода: уезжает человек за тридевять земель и сразу же спрашивает черного хлеба.

                                               О'кэй! — раздалось у нас за спиной. Это был Грэй.

II пошло опять все по писаному.

Неутомимый голос звучал в машине:

«Гворит «Кэролайн»!»

И била музыка по мере того, как все выше и выше ввинчивались мы в ночные горы. Гриша стучал Грэя по спине, повторяя «Гуд! Гуд!». Не унималась «Кэролайн»;

Был

молод

я,

хоть и теперь еще я —

мо-о-олод...

В горной таверне, куда мы приехали, на стенах развешаны были скаковые картины, и мистер Триллинг возвышался над баром как капитан. Тут фигурировал и учредитель приза, выигранного Катомским, и с порога слышалось, что говорят о лошадях, говорят о лошадях, говорят о лошадях.

Не многие ожидали, что мы будем первыми, поэтому букмекер был в барышах, он нам кивнул, словно соучастникам. А кто потерпел из-за нас убытки, конечно, смотрел иначе.


Конюшенный двор  Всеволод Александрович Но резвый прием сказался Позиция наблюдателя Прислушиваясь, как Родион ест Один взгляд оказался  Стало торжественно Когда мы пошли И только в самые последние годы  И он рассказал 

Реклама на сайте: