Мистическая чушь или ... Гибкое толкование Знаки, стихии и кресты
 
 

Мы свернули в ворота

Мы свернули в ворота и попали, по меньшей мере, в восемнадцатый век. Увитые плющом стены, желтые собаки, гончие, которые при виде незнакомцев поднялись и, помахивая правилами, подбежали нас рассмотреть, лужайка, дом и цветник — всю эту бутафорию дополнил управляющий, он явился в бриджах, в сапогах с отворотами и с хлыстом. Оставалось услышать звук рога, чтобы там, за воротами, рванулась по полям, через ограды, лавина собак и всадников.

                                              Что Аллардайс? — спросил наш хозяин управляющего.

                                                Должен быть у себя.

Мы последовали за ним через двор мимо служб, конюшен, к небольшой двери в стене.

                                                  Вам будет интересно посмотреть нашу кузницу,— говорил управляющий.— Очень древняя и до сих пор действует. Еще интереснее было бы вам побывать в прежнем замке    лорда   Лэнгфильда,   но...— Он   сделал    рукой «фыойть!» — Похоронные почести!

Мы понимающе покачали головами.

                                                Дешевле жить, чем умереть,— усмехнулся управляющий,— вот мы и пришли. Эй, Аллардайс!

Никто не явился на зов. И не последовало ответа.

                                              Старина!

Управляющий взялся за кольцо окованной двери, но мы заметили надпись: «Ушел за гвоздями». Похоронные почести, едва не разорение, и вдруг еще нет кузнеца, хотя веками он находился всякий раз на месте,— все это, видно, оказалось выше сил управляющего и нашего патрона. Они стояли совершенно растерянные. Катомский потемнел. Они не решались взглянуть в его сторону. Гриша их успокоил, говоря, что ничего особенного, человек отлучился и сейчас придет, это называется: «Пошел па базу».

                                              Тогда я вам,— приободрился несколько управляющий,— покажу еще что-нибудь. Скажем, погреб тринадцатого века. Это совсем рядом.

Мы вышли на поляну, где стояли дубы и паслись коровы. Поляну пересекал узкий ров мостиком.

                                                Тоже в своем роде редкость,— объяснил управляющий про узкий ров.— Мы называем это хаха — от ха-ха, иначе говоря, один смех, пустяк, только видимость. Ров заменяет забор, коровы не могут перейти через него, между тем со стороны канава незаметна, и таким образом создается иллюзия сплошного зеленого покрова, большого поля. Одного из тех  наших  зеленых  полей, о которых вспоминал перед смертью шекспировский Фальстаф. Но,— с чувством   махнул   управляющий   рукой, потому что надпись на дверях кузницы, вероятно, вконец расстроила его,— мостики портят все дело. Они все-таки видны, и иллюзия пропадает!


Однако нельзя сказать, чтобы он сам, букмекер Эта история Но сейчас воскресни  И действительно У Тайфуна  Тут из-за дома  Но Гриша сурово посмотрел  Конюшенный двор  Всеволод Александрович Но резвый прием сказался 

Реклама на сайте: