Мистическая чушь или ... Гибкое толкование Знаки, стихии и кресты
 
 

Когда мы пошли

Когда мы пошли, не оборачиваясь, Эх-Откровенный-Разговор принялся вдруг отчаянно стучать.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                           ;
Была в начале нашего века выдрессирована одним немцем лошадь, которая даже по телефону умела разговаривать, отбивая сигналы копытами. Родион не знал этого. Он просто стучал и стучал, [
...Из Англии вернулись мы в августе, только что прошли большие призы, но не разговоры о новых триумфаторах и рекордах коснулись нашего слуха прежде всего.
— Башилов умер,— сообщил первый же попавшийся нам навстречу обитатель Беговой улицы, а уж тут все знают обо всем.
Григорий Григорьевич Башилов был воплощенным аргументом для разграничения понятий «цивилизация» и «культура». Цивилизация не коснулась его, культура пронизывала целиком, своя культура, конюшенная. Это было в нем так совершенно, что возле лошадей производил он впечатление поэта, ученого и философа, хотя в рабочем табеле писал «спордсмены» и «голоп». В стенах конюшни Башилов не только объяснялся свободно, он выражал тончайшие оттенки мысли, если только дело касалось лошадей. Привели как-то жеребят с завода, и я все не мог найти слова, чтобы определить их отличие от призовых рысаков. «Зверем еще пахнут»,— ответил Башилов на мой вопрос таким тоном, каким у Гоголя Собакевич преспокойно спрашивает: «Вам нужно мертвых душ?» Так и у Баши-лова все в его мире имело название, назначение, место.
И при всем своем величии Григорий Григорьевич у...-ся буквально перед каждым призом. Это не было, как у Катомского, «волнение», входившее в набор приемов. То был самый неподдельный страх перед судьбой. Лицо делалось землистым, совсем пропадал голос: глубокое удруче-ние долгие годы гнездилось в душе Башилова, ибо за всю жизнь ни разу не выиграл он Дерби. Большой приз. А это все равно как для трагика остаться без роли Гамлета. Другие призы Башилов выигрывал, некоторые даже неоднократно. Приз Элиты брал трижды. Дерби никак не давалось! Машины, идеально подготовленные, начинали хромать прямо на проминке. Однажды при бесспорных шансах на победу Башилов улегся у денника своей машины на ночь. Так надо же! Конкуренты подковыряли с наружной стороны раму и обрушили ее на несчастного фаворита, который хотя серьезно и не покалечился, но выбыл из игры. Случилось это еще в те времена, когда легендарный Яков Петрович подделывал племенные аттестаты, перекрашивал лошадей, а Куприн черпал на ипподроме материал для «Изумруда».

Позиция наблюдателя Прислушиваясь, как Родион ест Установилось ночное небо Один взгляд оказался  Стало торжественно И только в самые последние годы  И он рассказал Говорить в таких случаях  Прямо против ипподрома  Путь к вершине 

Реклама на сайте: