Мистическая чушь или ... Гибкое толкование Знаки, стихии и кресты
 
 

Этого мы и не думали

   Этого мы и не думали, но я скажу вам, что унаследовал человек в седле от бывшего речного лоцмана Кле-менса, он же Марк Твен. «Река потеряла для меня половину своего очарования, когда я взглянул на нее глазами лоцмана»,— говорит Марк Твен, сначала штурман на Миссисипи, а впоследствии — автор «Приключений Геккель-бери Финна». У Томаса получалось наоборот: все, что касалось ковбойства, рассматривал он глазами ковбоя и — с восторгом. Со знаменитым дедом роднило его другое:   Движение большой реки, которое почувствовал лоцман ;Клемеис и передал писатель Марк Твен, наш Томас, Кле-менс со стороны матери, перевел на посадку в седле.
Объездчики и гуртовщики, табунщики и бракеры — это все разные ковбойские специальности. Наш Томас был гуртовщиком — смотрел за стадом. У него в Северной Дакоте была своя маленькая ферма, но магнат из Огайо, нащ Старик, которого он со своими быками оставлял по-заДи на всех выставках, соблазнил его немалым жалова-
нием и не только убрал конкурента, но еще и заставил на себя работать.
   В Техасе Томас сразу же поспешил к быкам. Мы, собственно, прибыли на большую выставку скота, по случаю которой здесь же, на исконной земле индейцев-команчей, проходило родео, состязания ковбоев. Мы должны были показывать нашу тройку, а Томас — быков.
   Томас сам напоминал быка, вставшего на задние ноги и улыбающегося приятной человеческой улыбкой, и отличался он умением растить телят — мясистых, увесистых, стандартных. Это — благодаря непрерывной пастушеской бдительности. Быкам не позволялось терять даром ни минуты: они должны были жевать или двигаться. Если бык переставал работать челюстями, Томас заставлял его работать ногами. Расхаживая по загону или разъезжая верхом по пастбищу, наш ковбой зорко следил, не спрятался ли где-нибудь лежебока, который просто так лежит себе, и все.
   Перед выводкой быкам, ко всему безразличным, страшноватым на вид, но, в сущности, безобидным, наводили последний блеск. Даже поили пивом, чтобы шерсть была глаже и вид бодрее. Из дружбы к Томасу мы старались интересоваться и быками, но тянуло нас, конечно, туда, где, как в старинном анекдоте («Позови моего брата! Вон тот, в шляпе с широкими полями...»), все были в шляпах с широкими полями, все верхом, все в кожаных брюках, словом, это был мир, сошедший со страниц самых головокружительных книг юности и в то же время абсолютно взрослый, серьезный мир.
Каждый всадник, каждая поза, всякая деталь сбруй или костюма, невольно подмеченная, пока мы бродили по двору, вокруг загонов и по конюшням, действовала сразу и сильно. Естественно, люди не позировали специально. Они занимались лошадьми, готовили их, мыли, чистили или же пробовали под верхом разные приемы.

Мартин Тернер Дед приехал в Америку Секретарь рассказывал Тому, кто имел дело с лошадьми Не всякий ковбой Я помню Но гвоздь ковбойства Прежде чем участвовать в состязаниях Тройка Валентин Михайлович  

Реклама на сайте: