Мистическая чушь или ... Гибкое толкование Знаки, стихии и кресты
 
 

Мартин Тернер

   Мартин Тернер вовсе не был стариком, ему едва исполнилось пятьдесят. Жил он в Нью-Йорке, но как только услыхал, что на Среднем Западе появились русские с тройкой, он пригласил нас к себе — на ипподром. Он был главой фирмы, владевшей крупнейшим американским ипподромом. Бывал он и в Москве. Я встречал его несколько раз, и всегда повторялось одно и то же: где бы он пи был, он словно и не покидал стен нью-йоркского офиса.
—                                             Пусть они там с дивидендами не мешкают,— отчитывал он своего секретаря,— я покажу им...
—                                                  Мартин,— вставлял    секретарь,— смотри,     какой снег!
—                                                Вижу. Чтобы немедленно произвели все расчеты за шерсть,— он вкладывал деньги также и в текстильное дело.
—                                             Смотри, Мартин, береза!
—                                               Да, да... Черт бы побрал этого торгового агента! Оп жулик!
—                                                Мартин,— оправдывался секретарь,— я же говорил тебе, что с ним надо быть осторожнее. Ах, Мартин, какая церковь с луковками!
—                                               Гнать его в шею, и больше ничего! Да, церковь... Только поздно вечером, ночью, когда, идя по улицам,
можно слышать, что — идешь, Тернер — Плотников несколько оттаивал и, кажется, замечал, где находится. «Земля отцов! Земля моих отцов»,— повторял он, прислушиваясь к отзвуку собственных шагов.
—                                             Ах, Мартин,— говорил секретарь,— верно написал Томас Вулф в романе «Домой не вернешься»...
   Томас Вулф, американский писатель, вернуться домой не мог (в шутку объясняли критики) потому, что вывел в романе своих земляков. Если же говорить серьезно, то в книгах его «Оглянись на отчий дом, ангел!» и «Домой не вернешься» выразилось беспокойство всей Америки — вернуться некуда, «отчего дома» просто нет: страна возникла на пустом месте, на чужой земле, а отечество осталось там, на «старой родине», у кого — где... Мартин Тернер вспомнил, что его корни в России.

Как объяснить вам основные трудности троечной езды Некоторое время я тянул Долго терпел он Так говорил ковбой Наш Старик был истинно стар Дед приехал в Америку Секретарь рассказывал Тому, кто имел дело с лошадьми Не всякий ковбой Этого мы и не думали 

Реклама на сайте:

 
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
  Мартин Тернер