Мистическая чушь или ... Гибкое толкование Знаки, стихии и кресты
 
 

Таков был наш Иван Михайлович

   Таков был наш Иван Михайлович, и когда лошадям приходилось совсем плохо, мы отправлялись к нему за помощью.
Лошадей укачивало, корабль трепало, палубная команда измоталась, и вот надо всем появлялся голос:
—                                               Потравливайте  носовой  шпринт,  потравливайте... Чуть лево руля,— и это таким тоном, будто вам предлагают: «Хотите стакан чаю?» .
   И капитан действительно предлагал нам стакан чаю, но это уже потом, когда стихия смирялась, когда все успокаивались и машины начинали хрустеть овсом.
А капитан спускался в трюм посмотреть на них. Подходил близко настолько, насколько хватало у него смелости. Осторожно дотрагивался до гривы или носа. Прислушивался к аппетитному похрустыванню и говорил:
—                                             А ведь и нам простительно закусить!
    В капитанской каюте разговор шел, понятно, о лошадях. «Морские волки» поражались, что машины все еще существуют, что классный рысак перетянет по цене иной пароход.
—                                              Голову, ребята, не жалко оторвать тому,— говорил ваш мастер,— кто решил лошадок на «Волхове»  через Атлантику доставлять. Я вам тогда в Мурманске сразу сказал и сейчас повторяю. Будет волна, ничего обещать не могу. Как бы не закачало коней.    Ведь судно килевое, швыряет его так, что и контейнеры не выдерживают.
    Видели мы эти контейнеры, гигантские металлические ящики, похожие на небольшие дома, и на каждом надпись: «При первой опасности бросать за борт».
—                                           Да,— возвращался к своим мыслям мастер,— голову кому-то следовало бы открутить...
Потом спохватывался и говорил:
—                                             Но я, конечно, хоть это и срежет мне план, буду уходить от волны. Буду держаться по погоде.
И еще раз тихо, будто уже не нам, а самому себе:
—                                              Буду держаться...
    Насколько все это рискованно, мы с доктором представить себе не могли, потому что пас декабрьский океан просто пощадил, ни разу до Ньюфаундленда не нахмурившись. «Прошли как по озеру»,— шутили на корабле. Доктор настолько осмелел, что даже по неосторожности проглотил «Историю кораблекрушений», которую нам кто-то из команды подсунул. Дома на диване надо читать такие книги, а не в открытом океане. Пусть и не качало нас, но доктор-читатель метался по ночам: мучили его до мелочей правдивые видения: ведь «Летучий голландец» — факт!

Падение метеорита Кони в океане Проводы продолжались  Грузчики прекращают забастовки Я проспал целиком Торонто Однако не в океане На реке сумятица льдов и кораблей За нашим кораблем Конечно Как объяснить вам основные трудности троечной езды 

Реклама на сайте:

 
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
  За нашим кораблем  
  Таков был наш Иван Михайлович