Мистическая чушь или ... Гибкое толкование Знаки, стихии и кресты
 
 

Послушайте

—• Послушайте, Михаил Фокич. Мне кажется, вы родом с Украины. Или я ошибаюсь?
—                                       Так точно, товарищ капитан,— Стреляев поправил молодцеватый ус.— Родился в Полтавской области, там, где Петр Первый шведов разгромил. До войны работал в колхозе счетоводом. С августа 1941 года — на фронте. Продолжать?
—                                           Продолжайте,— улыбнулся Журавлев.
—                                        Два раза был ранен. Ну, что еще? — Стреляев нахмурился, лоб пересекла морщина.— Село мое было под немцем. Как только Полтавщину освободили, стал писать домой письмо за письмом, а ответов нет. Только два дня назад получил весточку от жены.— Стреляев опять оживился.— Товарищ капитан,— обратился он к старшему по званию,— можно я прочту письмо?
—                                              Разумеется.
Стреляев вынул из нагрудного кармана треугольник, развернул его и стал читать.
В начале письма жена Стреляева, Анна, сетовала, что два с половиной года не получала от мужа весточки. Затем шли печальные новости... Гитлеровцы разбомбили село еще в 1941 году. В дом попала бомба, хорошо, ни ее, ни сына в хате не было. Перебралась к родственникам, в соседнее село. Потом оккупанты пришли... Когда прошел слух, что фашисты всю молодежь собираются вывозить в Германию, на работы, некоторые ребята, в их числе пятнадцатилетний сын Стреляева, Алексей, успели убежать в лес, к партизанам.
Пришли гитлеровцы с предателем-полицаем. Мальчишку не нашли, начали измываться над Анной, сказали, что, если не скажет, где сын, расстреляют или повесят на первом дереве. Били кулаками, ногами, веревкой, издевались по-всякому, но Анна твердила, что ничего не знает.
Письмо было большое, на нескольких страницах. Бойцы с посуровевшими лицами слушали о зверствах оккупантов.
—                                         А как же сын? — не удержавшись, спросил я.— Есть в письме про него?
—                                         Есть,— ответил   Стреляев.— Вот:   «Алешка   наш сотворил вот что. Когда части Красной Армии освободили село, он ушел вместе с ними. Так домой и не вернулся. До сих пор не знаю, где он. Может, встретишь его на фронте? Так научи уму-разуму».
Далыпе Анна писала: «Теперь всем миром восстанавливаем разрушенное хозяйство. Все приходится начинать с самого начала. Меня назначили бригадиром, хоть и отказывалась. Ничего, справляюсь. Работаем от зари до зари. Ждем не дождемся, когда вы разгромите врага и живыми-здоровыми вернетесь домой».
Стреляев дочитал письмо жены, аккуратно сложил по изгибам и спрятал в карман гимнастерки, разгладив предварительно на колене. Затем обвел всех взглядом, как бы говоря: «Вот такие, братцы, дела».
Какое-то время в землянке стояла тишина. Каждый погрузился в собственные мысли, в собственные воспоминания.


Наши воины  Глядя на мое сияющее лицо Слегка вздохнув Судя по всему Для меня Ну что ж, друзья Враг За доблесть Поужинав Перед селом  

Реклама на сайте:

 
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
  Послушайте